?

Log in

No account? Create an account

Нищий
romantic1984
Павел стоял у памятника Пушкину всего двадцать минут, но уже начал волноваться, почему она не приходит. Они были знакомы всего пару дней, и ему казалось, что он ей нравится, но кто ведает тайные помыслы переменчивого сердца девятнадцатилетней девушки? Глянув снова на часы, нервничая, Павел достал сигарету из немного помятой пачки и закурил. В прохладной тени деревьев, окружавших памятник, было легче переносить зной палящего июньского солнца, но от жара волнения прохлада не спасала. Павел глядел на прогуливающихся: здесь были и совсем юные парочки, и уже семейные, с детьми, и трогательные старички, едва передвигавшиеся под ручку, и так нелепо выглядел он на фоне всей этой супружеско-любовной идиллии, так не соответствовал своей одинокой фигурой этой гармоничной картине всеобщего счастья, что внезапно ощутил кратковременный приступ гнева - ко всем этим счастливцам, к опаздывавшей на свидание девушке, к самому себе, угодившему в ловушку женского очарования. В голове появились тревожные мысли: что если с ней что-то случилось? Павел гнал их от себя, намереваясь набрать номер Лены, если она не явится в течение еще десяти минут. 
Они познакомились на студенческой вечеринке в честь завершения учебного года, Павел кончил третий курс журфака, а Лена - второй курс филологии. Он с друзьями-однокурсниками подошел познакомиться с компанией девушек, среди которых сразу узнал ту, которую, как ему казалось, он искал всю свою недолгую жизнь: взгляд её синих глаз мгновенно пленил его, а правильные черты прекрасного лица придавали её виду еще больше одухотворенности и благородства. Они живо нашли общий язык - у Елены и Павла была общая страсть к литературе "серебряного века"; в то время как их друзья танцевали и веселились, они, в уединении от всех, сидя за столиком и выпивая вино, весь вечер увлечённо обсуждали символизм и футуризм, спорили о самостоятельности акмеизма как направления, зачитывали друг другу любимые стихи Бальмонта, Блока, Брюсова, Гумилёва. Павел чувствовал себя не то светочем литературного салона в дореволюционном Петербурге, не то средневековым менестрелем в саду с благоухающими розами. Вино, девушка и интересный разговор пьянили его, и он решился пригласить Елену на свидание, на что она радостно согласилась. И вот в назначенный день с пёстрым букетом в руке Павел стоял у памятника Пушкину в тени раскидистых кленов, с трепетом в сердце ожидая той волнительной минуты, когда явится она - его Елена.
- Сынок! - услышал Павел слабый старческий голос. Пред его взором всплыл грязный нищий, и волшебный образ возлюбленной рассеялся мгновенно словно туман летним утром. Нищий был стариком лет семидесяти, с седою бородой, с прозрачными серыми глазами, согбенный и весь будто бы съежившийся от смущения. На нем был старый выцветший пиджак, когда-нибудь тридцать или сорок лет назад считавшийся модным, помятая бежевая рубашка, изношенные серые брюки и стоптанные до дыр черные ботинки. Пятна и заплаты в разных частях одежды свидетельствовали о том, что старик, видимо, и ночью не снимал своего ветхого рубища. Хотя его вид и выдавал в нем бездомного бродягу, тем не менее это был не опустившийся пьяница и отброс общества, коих массу можно встретить около мусорных бачков и линий теплотрасс, напротив, что-то в его позе, лице, в его ясном и умудрённом взоре указывало на то, что несчастный скорее всего стал жертвой обстоятельств и мошенничества своих ближних. Он вызывал жалость, но не выглядел жалким, сохраняя в душе остаток человеческого достоинства.
- Сынок, - повторил нищий. - Помоги, дай на хлеб ради Христа.
Павел сначала оторопел от неожиданности, но через секунду пробормотал: 
- Да, сейчас, - и принялся торопливо шарить в карманах и бумажнике в поисках мелочи. К сожалению, в его карманах не завалялось даже жалкого железного пятака, а в кошельке были только крупные купюры - шестьсот рублей, предназначенные для свидания, и на эти деньги он рассчитывал посидеть с Леной в уютном недорогом кафе неподалеку. Он мог дать старику сто рублей, но как он будет выглядеть в глазах своей возлюбленной, если ему вдруг не хватит как раз этих несчастных ста рублей? Какой будет позор, если он не сможет купить ей лишнюю порцию мороженого или шоколадного десерта, как он возненавидит себя и свою бедность, если не доставит своей единственной эту маленькую, эту ничтожную радость? Вечер окажется безнадёжно испорчен, а всё впечатление от такого "свидания" будет гадким, пренеприятнейшим! Павел невольно ощутил внутри тот холодок отчуждения, который неизбежно пробежит между ними, если прекрасный романтический вечер будет испорчен нехваткой денег, нехваткой этих ста рублей, и ещё сильнее сжал их в руке. Он снова взглянул на старика. Его благообразная кроткая наружность, его исхудалое бледное лицо, его глубокие глаза, полные светлой надежды, что-то зашевелили внутри, словно бы растолкали спящего, и зажёгшийся в душе огонёк сострадания как бы прояснил мысли Павла, привёл его к пониманию, что эти деньги нужно отдать старику, отдать скорее, потому что он должен так сделать, потому что так правильно, потому что эти деньги, возможно, спасут ему жизнь. Но Елена не давала ему покоя, ему казалось, что расставшись с деньгами, он расстанется и с нею, и всё колебался, а с другой стороны был старик, и хоть Павел отвёл от него свой взор, огонёк всё не угасал, продолжая жечь и не давая прогнать нищего.
- Паша! - прозвучал самый звонкий и чарующий из всех девичьих голосов на свете. По аллее в направлении памятника Пушкину шла Лена, улыбаясь и кокетливо помахивая ручкой. 
- Лена! - обрадованно воскликнул Павел, и поспешил ей навстречу. 
- Заждался? 
- Нет, конечно. Что мне эти полчаса, когда такую девушку можно ждать вечно?
Елена рассмеялась комплименту. 
- А что за бомж к тебе пристал?
- Не знаю, хотел на выпивку поклянчить, наверно. Слушай, знаешь, тут кафе есть недалеко? Пойдём туда? 
- Пошли!
Влюблённые обнялись, и пошли по аллее, влившись в нескончаемый поток прогуливающихся парочек. Огонёк в душе Павла замерцал напоследок и, наконец, полностью угас.

Интернет-равенство
romantic1984
Чем хорош интернет? Равенством. В реальной жизни в общении с человеком практически всегда приходится учитывать его социальный статус, его характер, особенности его поведения. Поэтому на заседании какой-нибудь организации в присутствии разных почетных членов, авторитетных руководителей и прочих иерархически неравных тебе людей затруднительно говорить с ними на равных, создается впечатление их значительности и твоего ничтожества, их словам придается больший вес, а толпа всегда принимает сторону сильного, и в итоге ты оказываешься в беспомощном положении, отчего теряешь вовсе способность формулировать мысли и умолкаешь. Этот стиль общения - иерархический, основанный на социальных и психических различиях - приводит к господству мнений ничтожеств, которым никто не в силах возразить. В этом есть что-то зоологическое: доминантный самец не может ошибаться, ибо он смог всех победить, а победа - признак безошибочного поведения. То есть из правильности действий для достижения доминантного положения выводится тезис о правильности мышления, хотя доминантное положение может быть обусловлено вовсе не умом, а если и умом, то это свидетельствует только о способностях ума в деле завоевания господства и ни о чем больше. Великий полководец может быть плохим государственником, а отличный управленец - негодным военачальником. Поэтому принцип "сперва добейся" затушевывает некомпетентность лица в одной области компетентностью его в другой, что есть софизм.
Что позволяет интернет? В старину монах или ученый мог на равных переписываться с королем, но впервые в истории человечества эта возможность открылась для широких масс. Электронный форум не дает преимуществ тому, у кого выше статус или кто может морально "подавить" собеседника, электронная сеть - это естественный отбор по признаку разума, побеждает не сильнейший, а умнейший, и интернет-толпа начинает прислушиваться к тому, у кого сильнее доводы, а не властные полномочия и финансовые возможности. Интернет-равенство воспитывает толпу, побуждает ее к интеллектуальному развитию, в конечном итоге порождая новое интернет-сообщество людей, пусть и виртуальное. Сегодня эти люди спорят до хрипоты, учатся отстаивать свою правоту через доводы разума, индивидуально раскрепощаются, воспитывая в себе личностное начало, начиная презирать все внешние признаки и ценить человека по его разумности, а завтра они перенесут все эти приобретенные в интернете свойства в реальную жизнь, и возникнет целый класс людей, не готовых признать себя толпой и объединенных общим намерением превратить виртуальное равенство в реальное.
Все в жизни взаимосвязано и взаимодействует. Как люди меняют интернет, так и он меняет людей. Интернет уже стал ощутимой частью жизни многих людей, более того, он стал оружием информационной войны, с его помощью творят революции и перевороты, создают организации, клубы по интересам и сетевые структуры. Интернет может стать убежищем от жизни, но может и отворить дверь к осмысленной жизни, объединив огромные массы людей, в реальности не могущих объединиться. Власть может запретить партии, движения, организации, но она не может запретить интернет-сообщество, которое сплачивает единомышленников прочнее любой организации.

В защиту патриотизма
romantic1984
Что есть патриотизм? Патриотизм - это чувство любви к Родине, почвенничество, осознание принадлежности к великой истории и культуре. Это чувство сродни религиозному, поскольку патриотизм не имеет материального воплощения, его нельзя ощутить, измерить или как-то еще чувственно воспринять, его можно только осознать, почувствовать сердцем. Поэтому патриотизм во все времена был в числе тех традиционных ценностей, которые защищали правые и против которых ополчались левые всех видов.

"Два чувства дивно близки нам — В них обретает сердце пищу — Любовь к родному пепелищу, Любовь к отеческим гробам"

- говорили правые,

"У пролетариата нет Отечества"

- возражали им левые,

"Где хорошо, там и Отечество"

- вторили им либералы.

И это противостояние существовало около трех столетий: патриоты защищали Отечество, революционеры - т.н. "общечеловеческие ценности" в виде свободы, равенства и братства.
Но вот наступил век 21-й. Патриотизм утратил свое первоначальное, священное значение, и приобрел смысл "защиты государственного режима", и в этом смысле, конечно, стал совершенно неприемлем для правых, которые увидели в современном государстве средство уничтожения традиционных ценностей. Иными словами патриотизм превратился в антипатриотизм, поскольку государство стало антигосударством, если исходить из того, что главная задача государства - служение народу, а не его духовное и физическое уничтожение и замещение инородцами. Понятно, что быть патриотом в таком государстве - преступно и самоубийственно. Но возникает вопрос: является ли преданность такому государству патриотизмом? Что общего в этой преданности и том понимании патриотизма, которое существовало все века как некий незыблемый правый принцип?
Итак, патриотизм - любовь к Отечеству, но антипатриотизм губит Отечество, ибо уничтожает коренное население, искореняет веру и культуру его, делает невозможным всякое развитие и национальное возрождение.
Патриотизм питается из религиозного источника, но антипатриотизм чужд всякой религиозности, его идол - правящий режим, вся сила которого выражена в материальных ресурсах и возможностях, а не в духовно-нравственных категориях, узаконивающих режим в силу его верности историческим и культурным принципам, на коих покоится государственное здание, антипатриотизм обесценивает понятие "служения", превращая его в "прислуживание", в обслугу и холуйство. В сущности, всякий антипатриотизм, прикрывающийся патриотическими идеями, есть духовное рабство, подлость и трусость. Очевидно, что большинство активистов "ЕР" относится именно к этому типу псевдопатриотов.
Патриотизм всегда означает самопожертвование, готовность к принесению в жертву частных интересов во имя общих, во имя России и русского народа, но антипатриотизм, даже если и говорит о жертве, всегда лицемерен, всегда лжив, ибо глубоко корыстен и материален, его цель - не созидание всех условий для свободного и творческого развития национальной жизни, но эксплуатация всех национальных сил и ресурсов для наращивания собственной мощи. Много ведь есть честных, но заблуждающихся людей, что неправомерно отождествляют Россию и правящий режим, невольно способствуя уничтожению первой.
Патриотизм, наконец, по своей природе нравственно чист, прекрасен и возвышен, он освящает бескорыстные подвиги героев на ниве воинского и гражданского служения, оставляя потомкам имена героев как образцы для подражания, в то время как антипатриотизм существует в той системе моральных координат, которая утверждает, что нравственно все, что служит делу укрепления правящего режима, а все, что противодействует ему, является аморальным. Яркий пример - дело Квачкова, который, будучи истинным патриотом, стал по указанию режима врагом народа, почему-то воплощенном в лице олигархического ставленника Чубайса.

Из всего этого следует неизбежный вывод: то, что некоторые националисты ошибочно называют патриотизмом, таковым вовсе не является, это жалкая пародия, маскировка, необходимая как для того, чтобы отвлечь националистов от идеи истинного патриотизма, так и для того, чтобы истинных патриотов привлечь на свою сторону, внушив им мысль, что эти националисты - враги России. Таким образом убивается два зайца: патриоты становятся ручными, а националисты участвуют в погублении России, чего и добивается антирусский режим.

Но есть и выход из этой противоречивой ситуации, который способен объединить усилия старопатриотов и младонационалистов в деле спасения России - единственный путь, который видится, это признание пропагандируемого режимом РФ псевдопатриотизма, ложного патриотизма - антипатриотизмом, и, соответственно, реабилитация истинного патриотизма, воскрешение его в бунтарских сердцах, по близорукости своей не разглядевших пустой оболочки, скрывающейся за священным словом, которое надлежит вновь поднять на знамя и понести вперед с гордостью. Ведь подумайте сами, разве означает признание ратного подвига Буданова и иных славных наших генералов - служением режиму РФ или все же это истинный патриотизм? Можно ли назвать холуйством выступление российского чиновника в защиту Сербии или это - истинный патриотизм? Можно ли считать деятельность огромного множества русских патриотов таких как Глазьев, Куликов, Савельев, Бабурин на государственных постах деятельностью во имя режима или это все же - патриотическая деятельность? Когда вы правильно ответите на эти вопросы, тогда вы поймете истинное значение патриотизма, и что это оболганное и оплеванное, но не утратившее своего величия слово, мы должны не ругать заодно с леваками всех мастей, а напротив, твердо стать на его защиту, правильно понимая и осмысливая его значение.

Наш ответ на "крестоповал". Христианский флэшмобъ.
romantic1984
Оригинал взят у ershoff83 в Наш ответ на "крестоповал". Христианский флэшмобъ.

Против теории равенства
romantic1984
Известно, что либералы и коммунисты - ревностные сторонники равенства и враги разного рода диктатур, авторитаризмов и любых политических режимов, основанных на иерархии и подчинении. Главный довод в защиту равенства они черпают из трудов мыслителей 18 века, которые проповедовали возврат к природе, где якобы человек, освободившись от "оков" цивилизации, перестанет насиловать волю другого человека и восторжествует всеобщее равенство и справедливость. Не будем перечислять практические последствия описанной теории, они достаточно известны, обратимся к теоретическим же опровержениям эгалитаризма, что полезно для того, чтобы охладить пыл некоторых молодых людей, увлеченных утопическими идеями, духовно нетрезвыми и верующими в "идеалы".
Эгалитарная идея, как и всякая популярная идея, содержит как истину, так и ложь, поэтому надо отделить зерна от плевел с тем, чтобы понять вредность и ошибочность этой идеи. Истинность идеи равенства состоит в том, что люди вообще, не конкретные какие-то люди, а абстрактные, люди как обобщенное и отвлеченное понятие, являются равными друг другу. Люди вообще - это некое усредненное понятие человека, некий образец, в котором нет ничего выдающегося и ничего ущербного. Поэтому если говорить о реальных, конкретных людях как о людях вообще, то получается подмена понятий, из чего и возникает софизм о равенстве. Итак, истинность эгалитаризма в равенстве людей вообще, а ложность его в неправомерном отождествлений людей вообще и людей конкретных.
Аристотель делил сущность всех вещей на первую и вторую: первая определяет самые общие свойства предмета, вторая определяет сущность единичных вещей. Например, первая сущность обеденного стола - мебель для обеда, вторая - мебель для обеда, имеющая такую-то длину ножек, размер столешницы и т. д.. Человек вообще - первая сущность, вторая определяет его конкретные черты. Вот эти черты теория равенства исключает из рассмотрения, превращая человека из живого существа в некий математический объект.

Все мы знаем, что люди разные, у каждого свои особенности, свои достоинства, свои недостатки. Один хорошо играет в футбол, но боится подойти к компьютеру, другой предпочитает сидеть за расчетом программ, а футбол для него - пустая трата времени. Эти различия дают людям преимущество в одной сфере, отнимая их в другой. Соответственно, при верном развитии способностей человек достигнет успеха в какой-то одной деятельности, к которой он предназначен. Вот еще один истинный момент эгалитаризма: власть и иерархия в цивилизованном обществе зачастую строится не на основании природных преимуществ одних над другими, а силу внешних причин - связи, деньги, сила, родство и прочее. Но эта же верная мысль содержит и опровержение отрицания иерархии, ведь если последняя будет выстроена на основании подлинных заслуг и преимуществ человека, то неравенство исчезает, поскольку справедливо когда больше власти у того, кто имеет природные преимущества над другими в данной области. Под преимуществами надо понимать волю, ум, нравственность, предрасположенность к чему-либо, навыки и опыт. Если человеку подчиняются не из страха, а из признания его авторитетности, то это не противоестественно, а правильно. Напротив, противоестественно бороться против власти этого человека.
Утопизм всеобщего равенства очевиден, ведь даже вне цивилизации людские общества организуются в иерархические структуры, примеров же анархических обществ мы не знаем.
Из всего сказанного следует вывод, что демагоги и разные левые идеологи пользовались теорией равенства не с целью просвещения масс, а с целью свержения ненавистного им существующего строя и последующего построения собственной иерархии, чаще всего несправедливой, о чем свидетельствует борьба народов против них. В то же время предыдущая власть как раз была природной, авторитетной для народа, в пользу чего говорит хотя бы восстание французских крестьян в защиту короля, несмотря даже на обилие клеветы, распространявшейся в его адрес революционерами.